Доренко для меня был, конечно, символом того, что и в России можно быть журналистом-суперзвездой западного образца: из тех, что своими расследованиями отправляют в отставку президентов. Ну или хотя бы своими репортажами доводят их до белого каления и фактической национализации Первого канала. Выбирая и продолжая свой путь в журналистике, я ориентировался на Доренко, с тайной мечтой тоже однажды сидеть в студии и отчитывать президента как школьника - причем чтобы президент это смотрел. Да и до сих пор периодически пытаюсь подражать его приему с переходом на ласково-угрожающую интонацию - получается плохо, я не Доренко, а настоящий Доренко мертв. Мертв, но не умер - на репортаже про «Курск» будут воспитываться все новые и новые поколения журналистов, которые будут нагло и развязно клеветать на великих светоносных лидеров, вместо того, чтобы стоять перед ними на задних лапках. Казалось бы, причем Юрий Лужков?