Военный флот России. Грустный взгляд в будущее. Часть 7. Малые ракетные

В предыдущей статье мы немного коснулись состояния «москитных» сил нашего флота на примере малых противолодочных кораблей и вынуждены были констатировать, что данный класс в ВМФ РФ возобновления и развития не получил. Как мы уже говорили ранее, в составе ВМФ РФ было 99 МПК водоизмещением от 320 до 830 т, а к концу 2015 г. в строю оставалось 27 единиц, построенных в 80-е года прошлого столетия, которым также скоро «пора на пенсию», тем более что их возможности против подводных лодок 4-го поколения крайне сомнительны. Но новых МПК не строят: создание кораблей этого класса прекращено, видимо, в расчете на то, что их роль выполнят корветы. Которые, увы, в силу своей малочисленности, разумеется, не смогут решать задачи советских СКР и МПК хоть в сколько-то полном объеме.

Ну а сейчас посмотрим на ударную компоненту «москитных» сил – малые ракетные корабли (МРК) и катера (РК). Дабы не травмировать психику, не будем вспоминать о том, сколько МРК и РК несло службу под советским флагом, а примем за точку отсчета 1 декабря 2015 г. и перечислим только те корабли, которые закладывались еще в СССР.


МРК проекта 1239 «Сивуч» — 2 ед.



Уникальные корабли на воздушной подушке скегового типа, т.е, по сути, катамараны с двумя узкими корпусами и широкой палубой. Скорость – 55 узлов (интересно, что на сайте Зеленодольского завода указано «около 45 уз». Опечатка?), вооружение – 8 ПКР «Москит», ЗРК «Оса-М», одна 76-мм установка АК-176 и две 30-мм АК-630. Помимо впечатляющей скорости, обладают вполне приемлемой мореходностью: МРК этого типа могут применять свое оружие при волнении 5 баллов на скорости 30-40 узлов и в водоизмещающем положении – до 8 баллов включительно.

Заложены в СССР в 80-ых годах, достроены уже в РФ в 1997-1999 гг., так что можно рассчитывать, что корабли этого типа прослужат еще лет 15-20. И это замечательно. Возобновление создания кораблей данного типа вряд ли рационально, поскольку стоимость их наверняка очень и очень высока (специфический корпус, сверхмощная энергетическая установка), но те, что уже построены следует сохранять в составе ВМФ РФ как можно дольше, своевременно производя ремонт и модернизации.

МРК проекта 1234.1 «Овод» (по классификации НАТО) – 12 ед.



Имея стандартное водоизмещение 610 т, эти корабли располагали весьма развитым и сбалансированным по составу вооружением, включающим в себя две строенные пусковые установки для противокорабельных ракет П-120 «Малахит», один двухбалочный ЗРК «Оса-МА», 76-мм артиллерийскую установку и 30-мм «металлорезку». Скорость МРК данного проекта тоже внушала уважение – 35 узлов, при том, что ракетное оружие могло применяться при волнении до 5 баллов.

Эти корабли закладывались в период с 1975 по 1989 гг., а те из них, что до сих пор остались в строю, пополнили ряды флота в период с 1979 по 1992 гг. Соответственно, на сегодняшний день их возраст составляет от 26 до 40 лет, причем 9 «Оводов» еще не перешагнули тридцатилетнего рубежа. Исходя из этого можно предполагать, что существует техническая возможность сохранять их в составе флота еще в пределах десятилетия. Другой вопрос, нужно ли это делать?

Дело в том, что основное оружие МРК, ПКР П-120 «Малахит», разрабатывалась еще в 60-х годах прошлого столетия и даже на момент развала СССР оно находилось уже далеко не на пике технического прогресса. Его предельная дальность полета составляла 150 км, скорость (по различным данным) 0,9-1 М, высота полета на маршевом участке – 60 м. Однозначными плюсами ракеты являлось смешанное самонаведение (активная радиолокационная ГСН дополнялась инфракрасным датчиком "Дрофа"), и очень мощная 800-кг боевая часть, но на сегодняшний день эта ПКР совершенно устарела. В то же время модернизировать почти тридцатилетние корабли под новые ракеты особого смысла уже не имеет, так что дальнейшее их нахождение в составе флота будет носить больше декоративную, нежели практическую функцию.

МРК проекта 1234.7 «Накат» – 1 ед.



Тот же МРК «Овод», только вместо шести П-120 «Малахит» нес 12 (!) П-800 «Оникс». Вероятно, был опытным кораблем, на сегодняшний день выведен из состава флота. По некоторым данным, был списан еще в 2012 г., но справочник С.С. Бережнова, на который ориентируется автор статьи, числит его на конец 2015 г. в составе ВМФ, поэтому все же «Накат» попадает в наш список.


МРК проекта 11661 и 11661М «Татарстан» — 2 ед.



Корабли этого типа создавались как замена малым противолодочным кораблям проекта 1124, но, будучи заложены в 1990-1991 гг. достраивались уже в РФ как сторожевые (и ракетные) корабли. «Татарстан» имел стандартное водоизмещение 1 560 т, скорость 28 уз, вооружался восемью ПКР «Уран», ЗРК «Оса-МА», одна 76-мм артустановка, два 30-мм АК-630 и столько же 14,5 пулеметов КПВТ. «Дагестан» обладал теми же характеристиками, но вместо «Уран» получил восемь «Калибров», а вместо «металлорезок» — ЗАК «Палаш». «Татарстан» вступил в строй в 2003 г, «Дагестан» — в 2012 г., оба корабля служат в Каспийской флотилии.

Ракетные катера проекта 1241.1 (1241-М) «Молния» – 18 ед.



Основной ракетный катер ВМФ РФ. Стандартное водоизмещение – 392 т, 42 узла, четыре сверхзвуковых П-270 «Москита», 76-мм АК-176 и две 30-мм АК-630. На один из катеров («Буря») вместо двух «металлорезок» установлен ЗАК «Палаш». Основная масса этих катеров вступала в строй в 1988-1992 гг, один – в 1994 г, а «Чувашия», заложенный в 1991 г – даже и в 2000 г. Соответственно, возраст 16 ракетных катеров составляет 26-30 лет, благодаря оснащению ПКР «Москит» корабли все еще сохраняют свою актуальность и, по всей видимости, могут быть сохранены в составе флота еще 7-10 лет. В составе ВМФ РФ находится и девятнадцатый корабль этого типа, но с него демонтированы пусковые установки для «Москитов», отчего числить его в ракетных катерах было бы неправильно.

РК проекта 12411 (1241-Т) – 4 ед

Игнорируем малозначимые нюансы. Получилось так: в СССР был разработан ракетный катер под новейшие сверхзвуковые ракеты «Москит», но ПКР несколько запаздывали, отчего первая серия «Молний» была вооружена старенькими «Термитами» при той же артиллерии. Корабли вводились в строй в 1984-1986 гг, на сегодняшний день им от 32 до 34 лет, а их основное вооружение утратило боевое значение в 80-х годах прошлого столетия. Модернизировать эти корабли бессмысленно в силу их возраста, сохранять в составе ВМФ – тоже, так что следует ожидать их списания в ближайшие 5 лет.

РК проекта 1241.7 «Шуя» — 1 ед.



Вступил в строй в 1985 г. «Молния» первой серии с «Термитами», но с демонтированными «металлорезками» и установленным вместо них ЗРАК «Кортик», который, впоследствии, также был демонтирован. Очевидно, этот корабль в ближайшие 5 лет ждет вывод из состава флота.

РК проекта 206 МР – 2 ед.

Маленькие (233 т) катера на подводных крыльях. 42 узла, 2 ракеты «Термит», 76-мм артустановка и один автомат АК-630. Оба катера вошли в строй в 1983 г, сейчас им 35 лет и оба очевидные кандидаты на списание в самом ближайшем будущем.

Таким образом, из «советского наследия» по состоянию на 1 декабря 2015 г. в ВМФ РФ служили 44 малых ракетных корабля и ракетных катера, из которых реальной боевую ценностью обладали 22, в т.ч. два «Сивуча» и 18 «Молний», вооруженных ПКР «Москит», а также два каспийских «Татарстана». Тем не менее, до 2025 г основная масса этих кораблей вполне может оставаться в строю – на сегодня из состава флота выбыл «Накат», и следует ожидать, что за ним в самом скором времени последуют 7 катеров, вооруженных ракетами «Термит», но остальные вполне могут служить до 2025 г. и далее.

Возможно, именно поэтому ГПВ 2011-2020 гг. не предусматривала массового строительства ударных «москитных» сил – предполагалось ввести в строй только несколько кораблей проекта 21631 «Буян-М». Данные корабли представляют собой увеличенный и «ракетизированный» вариант малого артиллерийского корабля проекта 21630. При водоизмещении 949 т «Буян-М» способен развить 25 узлов, вооружение его составляют УКСК с 8 ячейками, способная применять семейство ракет «Калибр», 100-мм АУ-190 и 30-мм АК-630М-2 «Дуэт» и ЗРК «Гибка-Р» с ракетами 9М39 «Игла».



Но, с учетом малой скорости и того, что «Буян-М» относится к кораблям класса «река — море», его вряд ли можно рассматривать как замену малым ракетным кораблям и катерам, ориентированным на удары по корабельным группам противника в нашей ближней морской зоне. Вероятнее всего «Буян-М» — это просто «чехол» для крылатых (не противокорабельных!) ракет «Калибр». Как известно, наземное развертывание крылатых ракет малой (500-1 000 км) и средней (1 000 – 5 500 км) дальности запрещено договором РСМД от 8 декабря 1987 года, тем не менее вооруженные силы США и РФ, безусловно, испытывают потребность в подобных боеприпасах. Американцы компенсировали отсутствие подобных ракет развертыванием КР «Томагавк» морского базирования, у нас же, после гибели флота СССР подобной возможности не было. В этой ситуации превращение наших «Калибров» в ракеты «речного развертывания» является логичным, и не нарушающим международные договоры шагом. Система речных каналов Российской Федерации позволяет перемещать «Буяны-М» между Каспийским, Черным и Балтийским морями, на реках эти корабли могут быть надежно прикрыты наземными ЗРК и авиацией, а осуществлять пуски ракет они могут из любой точки маршрута.

Вероятно, при крайней необходимости «Буяны-М» в состоянии действовать и в море, получив на вооружение противокорабельный вариант «Калибров», но, очевидно, что это не их профиль. На это же «намекает» их состав радиолокационного вооружения, но об этом мы поговорим чуть позже.

Настоящим восстановлением «москитного» флота можно считать строительство серии малых ракетных кораблей проекта 22380 «Каракурт». Это небольшие, узкоспециализированные ударные корабли, полное водоизмещение которых не достигает и 800 т. В качестве энергетической установки используются три дизельных двигателя М-507Д-1 производства ПАО «Звезда», мощностью по 8 000 л.с. каждый – вместе они сообщают «Каракурту» скорость около 30 узлов. Основное вооружение корабля – УКСК на 8 ячеек для ракет «Калибр»/«Оникс», 76-мм артиллерийская установка АК-176МА и ЗРАК «Панцирь-МЕ», а также два 12,7-мм пулемета «Корд». На первых двух кораблях серии, вместо «Панциря» устанавливались два 30-мм АК-630.



В ряде источников указывается, что в дополнение к «металлорезкам» МРК оснащаются ПЗРК, но здесь, судя по всему, речь идет не о «Гибке», а просто об обычном ПЗРК (труба на плече).

Радиолокационное вооружение проекта 22800 подчеркивает его ударную, противокорабельную направленность. На «Каракурты» устанавливается РЛС общего обнаружения «Минерал-М», возможности которой чрезвычайно велики для корабля, чье водоизмещение «не дотягивает» даже до 1 000 т.

Помимо обычных для РЛС такого типа задач обнаружения и сопровождения надводных и воздушных целей, «Минерал-М» способен осуществлять:

1) автоматизированный прием, обработка и отображение информации по надводной обстановке, поступающей от совместимых комплексов, размещенных на наземных средствах или кораблях тактической группы, от внешних источников (командных систем управления, выносных наблюдательных пунктов, размещенных на кораблях, вертолетах и других летательных аппаратах), используя внешние средства радиосвязи;

2) прием, обработку и отображение информации по надводной обстановке, поступающей от корабельных источников информации: боевых информационно-управляющих систем, радиолокационных станций, навигационных станций, гидроакустических систем;

3) управление совместными боевыми действиями кораблей тактической группы.

Иными словами, «Минерал-М» до ужаса сетецентричен: он может получать (и очевидно, предоставлять) информацию группировке разнородных сил, реализуя принцип «видит один – видят все», и может выступить в роли координационного центра, но и это еще не все достоинства данного комплекса. Дело в том, что «Минерал-М» умеет работать не только в активном, но и в пассивном режиме, ничего не излучая самостоятельно, но обнаруживая и определяя местоположение неприятеля по его излучению. При этом, в зависимости от диапазона излучения, дальность обнаружения радиолокационых систем колеблется от 80 до 450 км. В активном режиме РЛС «Минерал-М» способна давать загоризонтное целеуказание, дальность обнаружения цели размером с эсминец достигает 250 км. Здесь, конечно, следует отметить, что «загоризонтный» режим работы РЛС возможен далеко не всегда и зависит от состояния атмосферы. Приведенные 250 км дальности, например, возможны только при условии сверхрефракции. Тем не менее, полезность этого режима работы РЛС для носителя дальнобойных противокорабельных ракет невозможно переоценить. В целом же можно констатировать, что подобная РЛС весьма неплохо смотрелась бы даже на куда более крупном корабле.

А вот на «Буяне-М» размещается РЛС МР-352 «Позитив», представляющая собой (как смог понять автор, не являющийся экспертом в области радиолокации) РЛС общего назначения в традиционном понимании этих слов, т.е. без многочисленных «плюшек» — загоризонтного целеуказания и т.д. То есть «Позитив» обеспечивает освещения воздушной и надводной обстановки на дистанции до 128 км, и не предназначен для управления оружием. В принципе, «Позитив» может давать целеуказание и для ракет, и для артиллерийской стрельбы, но делает это не так хорошо, как специализированные РЛС, потому что это для него все же побочная функция. Отсутствие на «Буяне-М» РЛС наподобие «Минерала-М» как раз и позволяет предположить, что данный МРК не рассматривается руководством флота как средство морского боя.

Темпы строительства «москитного» флота для ВМФ РФ весьма впечатляют, и значительно превосходят планы ГПВ 2011-2020 гг. Начиная с 2010 г заложено 10 МРК типа «Буян-М», а еще на два подписан контракт. Пять кораблей этого типа вошли в состав флота в 2015-2017гг, при этом длительность постройки составляет порядка трех лет. Мягко говоря, это не слишком хороший показатель для серийных кораблей водоизмещением менее 1 000 т, тем более – серийных, но во всяком случае не приходиться сомневаться, что остальные пять, крайний из которых – «Град» — войдут в состав флота до 2020 г.

Что же до «Каракуртов», то первая их пара была заложена в декабре 2015 г, оба спущены на воду в 2017 г, сдача их флоту планируется на 2018 г и, в принципе, эти сроки реалистичны. А всего в настоящее время строится девять «Каракуртов» (7 – на «Пелле» и 2 – на Зеленодольском заводе), готовится закладка десятого, и еще на три подписан контракт. Итого – тринадцать кораблей проекта 22800, но ожидается заключение контракта с Амурским судостроительным заводом еще на шесть кораблей этого типа. Соответственно, вполне можно ожидать что до 2020 г в состав ВМФ РФ войдут девять «Каракуртов», а до 2025 г их станет как минимум 19, и это если не будет принято решение о дальнейшем строительстве МРК данного типа.

В целом же можно говорить о том, что постройкой «Буянов-М» Российская Федерация обеспечила себе абсолютное превосходство в Каспийском море и в известной мере усилила арсенал дальнобойного высокоточного оружия отечественных вооруженных сил, но говорить о «Буянах-М» как о средстве противокорабельной борьбы, по мнению автора, все же нельзя.

Но и без учета «Буянов» широко развернутое строительство «Каракуртов», в общем-то, гарантирует воспроизводство отечественных москитных сил. Как мы уже говорили выше, критическая, «обвальная» точка для них наступит через 7-10 лет, когда сроки службы ракетных катеров типа «Молния» вплотную подойдут к 40 годам и их необходимо будет выводить из состава флота. Прочие МРК и ракетные катера, за исключением «Самум», «Бора», «Татарстан» и «Дагестан», нужно будет списывать еще раньше, таким образом «наследство СССР» к 2025-2028 гг сократится на порядок (с 44 по состоянию на 01.12.2015 до 4 единиц).

Тем не менее, если все же будет заключен контракт на строительство шести кораблей проекта 22800 для Тихоокеанского флота, то 19 «Каракуртов» заменят 18 «Молний», а прочие ракетные катера и МРК типа «Овод» уже сегодня практически не имеют боевой ценности в силу крайней устарелости вооружения. Таким образом, можно говорить о том, что сокращение численности наших МРК и РК не приведет к падению уровня их боеспособности. Наоборот, благодаря тому, что в строй будут вводиться корабли с самым современным ракетным вооружением (не нужно забывать и о том, что мифический «Циркон» может быть использован из стандартных УВП для «Оникса» и «Калибра») следует говорить о расширении возможностей ударной компоненты нашего «москитного» флота. Кроме того, со вступлением в строй «Каракуртов» «москитный флот» приобретет возможность наносить удары дальнобойными крылатыми ракетами по сухопутной инфраструктуре неприятеля — так, как это было сделано в Сирии.

К сожалению, невозможно предсказать, сколько «Каракуртов» будет заложено в ближайшие годы по новой ГПВ 2018-2025 гг. Тут, возможно, как увеличение серии до 25-30 кораблей, так и отказ от их дальнейшего строительства, ограничивающий серию 13 кораблями. Тем не менее, есть как минимум 2 причины, по которым стоит ожидать постройки тихоокеанских «Каракуртов».

Во-первых, руководство страны после демонстрации возможностей Каспийской флотилии по поражению целей в Сирии должно смотреть на малые ракетные корабли благосклонно. Во-вторых, адмиралы нашего ВМФ, имея чудовищный провал по надводным кораблям, за неимением фрегатов и корветов, очевидно будут рады усилить флот хотя бы «Каракуртами».

Соответственно, будущее нашего «москитного» флота как будто не вызывает опасений… Однако автор настоящей статьи рискнет поставить другой вопрос, который для многих будет выглядеть настоящей крамолой

А нужен ли вообще России морской ударный «москитный» флот?

Для начала постараемся разобраться со стоимостью данных кораблей. Проще всего определить стоимость «Буянов-М». Как печатало РИА «Новости»:



Соответственно, один корабль проекта 21631 стоит 9 млрд. руб.

Во многих публикациях указывается, что цена одного «Каракурта» составляет 2 млрд. руб. Однако, в большинстве случаев, в качестве источника этой информации указывают оценку заместителя Центра анализа стратегий и технологий Андрея Фролова. К сожалению автору не удалось найти документы, которые подтвердили бы правомерность данной оценки. С другой стороны, ряд источников называет совершенно иные цифры. Так, например, Сергей Веревкин, исполнительный директор обособленного подразделения Ленинградского судостроительного завода «Пелла» утверждал, что:



И даже если мы возьмем самый дешевый отечественный фрегат (проекта 11356) по докризисным ценам – это 18 млрд. руб., соответственно «Каракурт», согласно заявлению С. Веревкина, стоит не менее 6 млрд. руб. Это вроде бы подтверждается также и сообщениями о том, что «Пелла» передала феодосийскому судозаводу «Море» заказ на строительство одного «Каракурта», причем стоимость контракта составит 5-6 млрд. руб., но вопрос в том, что сумма не точна – новость ссылается на мнение неназванных экспертов.

А что, если С. Веревкин имел ввиду не фрегат «адмиральской» серии проекта 11356, а новейший 22350 «Адмирал флота Советского Союза Горшков»?

Ведь цифра в 6 млрд. руб. за один «Каракурт» вызывает большие сомнения. Да, «Буян-М» несколько крупнее корабля проекта 22800, но при этом «Каракурт» несет куда более сложное, а значит и дорогое вооружение (ЗРАК «Панцирь-МЕ» и оборудование (РЛС «Минерал-М»), правда, на «Буяне-М» реализован водометный движитель, что, вероятно, дороже классического. Но в целом следует ожидать, что «Каракурт» стоит никак не меньше, а даже больше «Буяна-М».

Основная полезность «Буяна-М» заключается в том, что он представляет собой мобильную пусковую установку для дальнобойных крылатых ракет. Но следует принять во внимание, что 9 млрд. руб. за подобную мобильность выглядят чрезмерно дорого. А ведь есть и другие варианты: например,… те самые контейнерные установки «Калибров», о которые в свое время было сломано столько копий.



По мнению людей, незнакомых с морской тематикой, подобные контейнеры представляют собой убервундерваффе, которое легко скрыть на палубе океанского контейнеровоза, а в случае начала войны – быстренько «помножить на ноль» АУГ США. Мы не будем никого разочаровывать, напоминая о том, что вооруженное торговое судно, не несущее военно-морского флага какой-либо страны, является пиратским, со всеми вытекающими отсюда последствиями для его самого и его экипажа, а просто вспомним о том, что «мирному речному контейнеровозу», плывущему себе где-то посреди Волги, никто и никогда не выдвинет обвинения в пиратстве. Для соблюдения договора РСМД Российской Федерации достаточно будет включить в состав флота несколько «вспомогательных речных крейсеров», а вот в случае реального обострения отношений с НАТО, подобные контейнеры могу быть размещены на любых подходящих речных судах.

Более того. Поскольку в том случае, если на горизонте замаячит реальное столкновение с США и НАТО, то на договоры уже никто не будет обращать внимания, а в этом случае, кто мешает установить контейнер с ракетами… скажем, на поезде? Или вообще вот так:



Таким образом, мы можем констатировать, что задача насыщения отечественных вооруженных сил крылатыми ракетами дальностью от 500 до 5 500 км вполне может быть решена без участия «Буянов-М». Для того, чтобы обеспечить нам абсолютное превосходство на Каспии, в дополнение к уже имеющимся кораблям хватило бы 4-5 «Буянов-М», причем их не обязательно было бы вооружать «Калибрами» — для поражения катеров, составляющих основу прочих каспийских флотов, «Уран» более чем достаточен. Цена вопроса? Отказ от 5-6 «Буянов-М» позволил бы ВМФ РФ профинансировать покупку полка морской авиации (речь о Су-35, стоявших порядка 2 млрд. руб. в том же 2016г), что, по мнению автора настоящей статьи, было бы для флота намного полезнее.

С «Каракуртами» тоже не все однозначно. Дело в том, что ракетные катера появились как средство борьбы с надводными силами противника в прибрежной зоне, но сегодня весьма сложно представить себе надводные корабли неприятеля рядом с нашим побережьем. С учетом чрезвычайной опасности, которую для современных кораблей представляет авиация, «заглянуть на огонек» к нам способна разве что авианосная ударная группировка, но и той нет смысла подходить ближе, чем на несколько сотен километров до нашей береговой черты. Но отправлять в море соединение «Каракуртов» против АУГ сродни самоубийству: если история морских сражений нас чему-то учит, так только крайне низкой устойчивости малых ракетных кораблей (корветов и ракетных катеров) к средствам воздушного нападения. Достаточно вспомнить, например, разгром иракского флота в ирано-иракской войне, когда два иранских F-4 «Фантом» едва ли не за пять минут пустили ко дну 4 торпедных и ракетный катер ВМС Ирака, а еще 2 ракетных катера повредили – хотя не располагали специализированным противокорабельным оружием. Да, наши корабли проекта 22800 оснащены «Панцирями-МЕ», это очень серьезное оружие, но нужно учитывать, что кораблик водоизмещением менее 800 т – крайне неустойчивая платформа для подобной техники.

Кроме того, как ни печально, но «Каракурты» не обладают достаточной скоростью для лихих «кавалерийских» атак. Для них указывают скорость «около 30 узлов», и это весьма немного, особенно если вспомнить, что при волнении малые корабли сильно теряют в скорости. Иными словами, в условиях того же Дальнего востока наши «Каракурты» окажутся заведомо тихоходнее, чем, скажем, «Арли Берк» — у того максимальная скорость 32 узла, но в условиях волнения он теряет ее намного меньше маленьких кораблей проекта 22800.

Конечно, кроме глобальных, бывают еще и локальные конфликты, но дело в том, что для них мощь «Каракуртов» избыточна. Так, например, в общеизвестном эпизоде столкновения отряда надводных кораблей черноморского флота РФ с катерами Грузии применение ПКР «Калибр» было бы совершенно не оправдано. Может быть было бы преувеличением заявить, что все пять грузинских катеров стоили дешевле одной такой ракеты, но…

По мнению автора, в полномасштабном конфликте с НАТО «Каракурт» может быть использован разве что в качестве мобильной ракетной батареи береговой обороны, при помощи которой можно относительно быстро прикрыть объекты, которым угрожает атака с моря. Но в этом качестве они едва ли не проигрывают автомобильным комплексам по скорости перемещения, кроме этого наземный комплекс проще маскировать. В общем, и тут приходится констатировать, что полк современных истребителей-бомбардировщиков был бы для флота много полезнее, чем 6 «Каракуртов», а по стоимости они, по всей видимости, вполне сопоставимы.

И тем не менее, автор предполагает, что в будущем нас ждут новости об увеличении производства «Каракуртов». По той причине, что количество надводных кораблей нашего ВМФ, способных выйти в море, сокращается год от году, и промышленность продолжает срывать все мыслимые сроки строительства новых кораблей — от корвета и выше. И если первые корабли проекта 22800 войдут в строй по графику (что подтвердит нашу способность строить их относительно быстро), то будут новые заказы. Не потому, что «Каракурты» являются вундерваффе или панацеей, а потому, что хоть какие-то надводные корабли флоту все же нужны.