Книжный магазин Черная Сотня

сопших», написанный в 1923 году. Роман тяжёлый и по-лукашовски пронзительный, полный глубоких диалогов умирающих русских рабочих, примкнувших к красным. «Это — море. Ты, маленькая, не знаешь. Ну, покажи свои глазки… Солнце! И в них солнце!.. только совсем другое — холодное и пустое. Это — солнце смерти. Как оловянная пленка — твои глаза, и солнце в них оловянное, пустое солнце.» Иван Шмелёв «Солнце мёртвых». Солнце, такое же недостижимое, как и коммунистический рай, кочевало из одного постреволюционного художественного произведения в другое: от «Солнца мёртвых» Шмелёва через плеяду произведений Платонова к «городу Солнца» Ивана Леонидова. Иван Лукаш так же, как и Шмелёв начинает своё повествование с пекущего Солнца, моря и умирания своих героев: чахоточные, они мучительно затухают в лазарете, думая о Боге и собственном Выборе. А после смерти их выбрасывают на улицу на съедение псам или в морг, именуемый «домом усопших». В «Доме усопших», задолго до платоновского котлована и шаламовских рассказов, проявился их жуткий и абсурдный дух, но, к сожалению, был забыт. Электронная книга пока доступна только в формате EPUB, но скоро будет готов и PDF (он автоматически появится у всех обладателей EPUB на их личной книжной полке на нашем сайте).
Приобрести «Дом усопших» или «Голое Поле»:

не переиздавали и не вспоминали, что, конечно, не удивительно. Теперь сей запретный плод снова доступен да ещё и в стильном исполнении.
550 рублей в нашей лавке.
Для заказа почтой пишите в личные сообщения группы.

споминаниях героини видны приметы благополучия – лакомства, домашний уют, семейные походы в кинотеатр. «Мои родители происходили из «хороших» семей и представить не могли, что однажды будут умирать от голода… Подтверждение: в молодости мои родители жили в Пхеньяне, а жить в столице – привилегия. Мой дед был военным в невысоком чине и лелеял большие надежды относительно дочери…». Эти надежды не оправдались, не в последнюю очередь из-за своенравия матери рассказчицы. С другой стороны, именно это упрямство, возможно, оказалось спасительным, когда условия жизни начали стремительно ухудшаться. Пайки на заводе, где работал отец, уменьшались с каждым месяцем. Магазин, в котором можно было отоварить карточки, закрылся. Остался условно дозволенный городской базар и, конечно, черный рынок. Но такие люди, как родители героини, — недостаточно влиятельные, чтобы остаться близко к кормушке, но и не настолько простые, чтобы иметь изначальное умение и привычку выживать, возделывая землю или торгуя – быстро оказались без средств к существованию. И наступает день, когда продать нечего, потому что в доме ничего не осталось, а заработать сколь-нибудь привычными занятиями — негде. От голода и болезни умирает отец, а мать с двумя дочками берется за самую тяжелую работу в надежде добыть немного денег на пропитание. Но в конце концов, измученные голодом, холодом и скитаниями, они отваживаются на побег. «Уже наступила ночь, когда мы, после целого часа тряского пути в кузове грузовика, достигли приграничной деревни. Пользуясь темнотой, мы удалились от деревни и двинулись через поле, прячась в кустах. Внезапно мои глаза, привыкшие к темноте, различили в ночи пятно. Река Туманган. За нею – Китай. Я надеялась, что свобода и рис ждут нас на том берегу». Кроме свободы и риса на другом берегу окажутся и торговцы людьми, и наживающиеся на нелегальных мигрантах владельцы бизнеса, и сомнительные проводники через монгольскую границу – к мечте о южнокорейском благоденствии.» 550 рублей в нашей лавке. Для заказа почтой пишите в личные сообщения группы.